Category: птицы

Category was added automatically. Read all entries about "птицы".

Парфюмер за работой

pristalnaya: перевод "Уехать..."

Давненько ничего не переводил, год уже, последнее, что выкладывал под тэгом - Быков. Его довольно просто переводить близко к тексту, поскольку у него очень чёткие образы и сравнения, можно делать буквальный перевод. Но вот взялся за более плавающее стихотворение, построенное в большей мере на внутреннем мире, нежели на внешних раздражителях. Поэтому от буквального текста отошёл далеко (но допустимо); размер и рифмовку выдержал точно. Ваша задача, друзья мои, знающие английский, найти технические ошибки (неверное употребление слов, артикли, предлоги), если таковые имеются, и рассказать о них мне. Я поправлю, и всё будет красиво.

Елена Касьян. "Уехать..."

Leaving now or leaping in dark nowhere
Are the pointless actions of equal rank,
Cause your breathe in silent and viscous air
Is a sound of spring, of its ring and tang –
Overdose of love is a prick of pang
Since my life is narrow for it I care
Love’s a lonely stone on the river bank.

Well, the most important of lifetime treasures
Is so easy – easy to waste for good.
Here’s a snowy platform in white and azure,
And I’m slowly moving to bed; my measures
Don’t permit to change my enamoured mood,
And I ask my mind: let me have a leisure,
While it calmly raises me on a rood.

Just a subway stage up to railway station.
Just an easy language I can’t translate.
I – thank God! – decided (a bit) to ration
All the words I want to evacuate
From my heart. But sorry, it is too late!
There’s no time at all for evacuation,
So just wait a little, just sit and wait.

And the city’s ice cools my hands and throat,
And there are no birds in the empty sky,
And nobody knows where you hide a boat,
Cause you leave no marks seen without light,
We’re unapparent, sorry, I cannot lie –
The greyhound time lose the trace and road –
Time to say “good bye”.

Оригинал здесь, но традиционно дублирую:

Мне сейчас уехать, как прыгнуть с крыши.
У моей печали не видно дна.
Я молчу и слушаю, как ты дышишь.
Я смотрю и думаю, что весна…
Что любовь бывает, как смерть, одна.
Да и той бывает порою слишком,
Если жизнь для неё тесна.

Что важней всего, то всегда некстати.
Что всего дороже, легко отнять.
По перрону снег размело, как скатерть.
От стены добраться бы до кровати –
Я не знаю, что здесь ещё менять.
И когда я думаю: «хватит, хватит», –
Обрывается что-то внутри меня.

На метро две станции до вокзала.
Твой язык на мой непереводим.
Хорошо, что главного не сказала,
Этих слов и так уже пруд пруди.
И волокна лопаются в груди
(ты попала, девочка, ты попала),
Посиди тихонечко, посиди.

Этот город за ночь в меня вмерзает,
И под белым небом ни птицы нет.
Здесь никто ничего о тебе не знает –
Если в целом доме погашен свет,
Мы почти совсем лишены примет.
Время нервно мечется, как борзая,
Потерявшая след.

(c)pristalnaya
Парфюмер за работой

lllytnik: перевод "Фэнтези"

Опять пытаюсь переводить - седьмое пополнение тэга. Получилось средне: очень сложно было соблюсти авторский размер, но это удалось, хотя из-за этого текст отошёл от оригинала дальше, чем я планировал. Всё равно он не достиг уровня моих лучших переводов: "Елена" и "Мультяшки".

Дана Сидерос. "Фэнтези"

We are up before dawn, we slip our cloaks on, our uniform sparkles quite as a dragon slough, then we make our way to the Westland, the burning stone is the pavement for us, and for each – an insipid pone and a bottle of water, and sword. That is all, enough. So we’re going uphill over stormy impetuous stream, while a poisonous smoke from the gorges causes eyes to smart, nature’s growing cold, we are ready to strike the beam, but a purpose to hunt a dragon in spite of dim and of awful conditions heats up every frozen heart.

Six of us are the brigands, born natural gibbet guys, three of us are the burglars: the jail is home, sweet home, three of us are heart-broken – it’s nothing to miss: no ties. As for me, I’m so scared, my smile is curved and wry, cause I’m thirteenth, pathfinder and guide, such a little bom. But nobody knows what is dragon and how he looks, I heard he may change his appearance, color, size, he can turn into human or bird, into bush or brook, so at times he forget what he is – but he doesn’t rook, it’s a fact that he lives like in fog, non-transparent ice.

Every morning we find his traces in our camp, our sentries forget what they’re doing during night, our flag is misfortune plus victory; we are tramps, our slumber is troubled, flea-bags are torn and damp and the wayside stones never saw such a wight.

So I make a campfire, cause I’m ready to work a lot, I can make a fire while raining: it is my lore. In my dreams I’m a blaze-depot, I’m a flamepot, I awake with a scream and I drink like a sordid sot.

And my flight was high, and my claws were sharp and hot,
And my scaly fell nagged: “What are you waiting for?”


Оригинал здесь, дублирую:

Мы встаем до света, накидываем плащи из искристой драконьей кожи, берем мешки и идем на запад, пока раскаленный щит поднимается над землёй, и ледок трещит под ногами, и тонко пищит москит. Мы ползем среди гор вдоль маленьких бурных рек, ядовитый дым из расщелин нам ест глаза, с каждым днем холодает, браге нас не согреть. Мы идем добывать дракона, возможно, треть или даже две трети из наc не придут назад.
По шести из нас плачут виселица и кол, трое - мрази рангом поменьше, их ждут в тюрьме, у троих - разбиты сердца: всем идти легко. Только мне так страшно, что целый день в горле ком. Я тринадцатый -- проводник, знаток этих мест. Мы не знаем толком, каков из себя дракон. Я слыхал, он, как только хочет, меняет вид: может стать человеком, птицей, кустом, рекой, он и сам иногда забывает, кто он такой, и годами живет в тумане, как будто спит.
Мы находим с утра на стоянке его следы, часовые не помнят ночи, но все дрожат, мы идем под флагом победы в узде беды. Вдалеке то и дело виден багровый дым, придорожные камни трещат, отпуская жар.
Я вожусь с костром, я могу развести костер из любой древесины и под любым дождем. Мне сегодня снилось: огонь из меня растет; я подскакивал с криком, пил воду и щеки тер.

И полет был высок, и коготь мой был остер, и сухая шкура шипела "Чего ты ждешь?"


(c)lllytnik
Парфюмера ведут

Канарейки в угольных шахтах

Чирикай, милашка, и пой, и смейся, и кенаров привлекай
Своим очаровательным голоском,
Полёт твой прекрасен и лёгок, детка, и песня твоя легка,
Наверное, ты по жизни идёшь легко.
Тебе на обед достаются крошки от торта «Наполеон»,
И время твоё продолжает свой ровный бег.
А мы – канарейки в угольных шахтах, смертников батальон,
И наши хозяева верят нам, как себе.

  ПРИПЕВ:
        Пой,
      Тебе светит прекрасное Солнце,
        Пой
      В этот жаркий полуденный час.
        Пой,
      Что ещё тебе, бэйб, остаётся –
        И люби это Солнце за нас.

Коварный котяра в углу гостиной косит свой свирепый глаз,
Но клетка твоя подвешена – не достать.
Он хочет такую, как ты, милашка, он вряд ли слышал о нас,
И вот он уже подбирается, хитрый тать.
Хозяин тобой дорожит, он отгонит котяру, ты будешь петь,
Навстречу лучам в открывающееся окно,
А мы канарейки в угольных шахтах, наша работа – смерть,
И мы её выполним, лучшего – не дано.

  ПРИПЕВ:

А если кормилец откроет дверцу и скажет: «Давай, лети!» -
Чему, прости, конечно же, не бывать –
Смотри-ка, не попадайся нашим хозяевам на пути
Поверь, дорогая, на пение им плевать.
Но мы всё равно поём, милашка, чтобы не сойти с ума,
И в песне звучит, мол, хозяин, давай, держись,
Ведь нам, канарейкам в угольных шахтах, петь не мешает тьма,
Поскольку мы, умирая, спасаем жизнь.

  ПРИПЕВ:
        Пой,
      Пока светит прекрасное Солнце,
        Пой
      В этот жаркий полуденный час.
        Пой,
      Что ещё тебе, бэйб, остаётся –
      И люби это Солнце за нас.