Category: литература

Парфюмер в тюрьме

Оглавление тэгов, френд-политика, правила бана, организация концертов, вопросник

Меня зовут Тим Скоренко. В этом журнале вы можете найти мои стихи и песни. Не менее важным (а может, и более) содержимым являются занимательные исследования и факты, и в частности серия постов "Удивительные истории о людях". Иногда я выкладываю свою музыку. Также здесь можно найти мою прозу или обзоры кино и литературы. Иногда я публикую поэтические переводы на другие языки, иногда — стёб над всякими смешными персонажами, весёлые статьи, байки, аналитику и фотоотчёты о путешествиях. Все лытдыбры подзамочные, поэтому не опасайтесь устать от них. Впрочем, и они написаны чаще всего художественно, для читателя. Можно зайти также на мой сайт.

Ещё можно зайти на страницу с полным оглавлением моего ЖЖ.

1. Любые неподзамочные материалы из этого журнала разрешены к копированию. Обязательно давайте активную ссылку на оригинальный пост и указывайте авторство в начале перепоста.
2. Всё, что вы прочитаете в этом журнале, является моим частным мнением и не претендует на роль абсолютной истины. Если вам хочется поспорить — вам явно в другой журнал.
3. Прежде, чем френдить по одному посту, полистайте журнал хотя бы на 40 постов назад, чтобы убедиться, что вам действительно хочется меня зафрендить.
4. Если вам не понравилось что-то, не имеющее отношения к теме конкретного поста, оставьте своё мнение при себе или выскажите его в личку.

Collapse )
Collapse )
Collapse )

Ещё здесь можно задать мне вопрос. Комменты скринятся.
Парфюмер за работой

Подробный разбор фильма «Девятая». Часть 1

О, новые российские шедевры подоспели, причём сразу в двойном количестве. Сперва «Девятая», затем – «Аванпост». Ну, «Аванпоста» мы ещё ждём, а «Девятую» я поэпизодно разберу прямо сейчас.

Напоминаю: я – самый объективный зритель на свете. Я не кинокритик, я не испытываю от кино эмоций, я смотрю его чисто математически, анализируя, что в нём так или не так, каждую сцену. И могу объяснить каждую сцену – нужна она или нет, хороша она или нет. Всё, что написано в этом посте, проносится у меня в голове во время просмотра, от первого до последнего слова. Я смотрю кино только так. Итак, «Девятая» (Россия, 2019). Фильм – очень так себе, оценка 3/10.

Внимание! Обзор разбит на 2 части из-за ограничения максимальных размеров ЖЖ-поста. Это 1-я часть. Части выложены одновременно, читать их стоит также одновременно.

Под катом подробный разбор фильма с объяснениями и скриншотами. Я умею так про любой фильм, если интересно – заказывайте разборы :) Да, простите за низкое качество скринов – до января в Сети доступна только экранка, а ждать января, чтобы сделать отчёт, я задолбаюсь.

iphone360_972742

Аннотация с «Кинопоиска»: Петербург конца XIX века охвачен массовым увлечением оккультными науками и эзотерикой. Британка-медиум Оливия Рид приезжает в столицу Российской империи с гастролями и собирает на своих публичных спиритических сеансах толпы людей. В это время в городе происходит серия ритуальных загадочных убийств. На улицах похищают девушек, их изувеченные тела находят в самых разных концах города. Расследованием занимаются молодой полицейский офицер Ростов и его помощник Ганин. С каждой новой жертвой дело становится все запутаннее. Подозрение приводит Ростова к Оливии, и он решает обратиться к ней в надежде, что ее подлинная или мнимая способность вызывать духов погибших может помочь выйти на след убийцы.

Длительность – 116 минут.

Тут замечу одну вещь.

Александр Роднянский – хороший продюсер. У него в портфолио «Левиафан», «Дылды», «Нелюбовь», «Водитель для Веры», «Питер FM», не говоря уж о крутых международных проектах типа «Облачного атласа». Зачем он продюсировал это – я не знаю.

И важное. Главная моя претензия к фильму, как и к 99% российского кино, - полное отсутствие развития или изменения персонажей. Понимаете, все наши сценаристы наизусть знают учебники, всё это про арку героя и тому подобное. Но при это все персонажи во всех фильмах совершенно плоские, никак не меняющиеся, как вошли в фильм, так и вышли. Что здесь, что во всех этих "Викингах", "Притяжениях", "Сталинградах", "Миллиардах" и так далее. Просто статичная картинка никак не развивающегося и не деградирующего персонажа.

Я тут недавно посмотрел второй сезон "Джека Райана", так там есть персонаж Арнольда Вослу, такой наёмник-бандюган. У него суммарно около 2 минут экранного времени на весь сериал, по сути, эпизодическая роль. Так даже у него есть развитие, причём совершенно полноценное! Мы же так не можем. Ну, скажем, Юрий Быков может или Юрий Арабов может. А вот эти вот все официальные киносценаристы среды Бондарчука не могут. И как ни режиссируй, выходит оно.

1

1 эпизод

Назначение: интро-завлекаловка

Описание сцены: Какой-то молодой человек (как окажется позже, следователь Фёдор Ганин) сидит за столом, отправляет на растопку старые дела и произносит Абсолютно Бессмысленный Монолог. Ну то есть я вообще не могу объяснить, о чём этот монолог. В «Варкалось, хливкие шорьки» больше смысла.

Сценарные ошибки: Как и в памятном фильме «Черновик», сцена – днище. Сценарист не понимает, зачем нужна завлекающая сцена до ролей. Она меня не завлекла, не заинтересовала, мне плевать, что дальше, я просто хочу, чтобы она быстрее закончилась. По сути, просто за столом сидит мужик и рассказывает: «В Петербурге – холодно», «ого-го, вот это дело было» (ничего не конкретизируя) и ещё какой-то набор в стиле «Путин на пресс-конференции». То есть вообще ничего. 2 минуты чистой пустоты. Я не понял, зачем он нужен.

На всякий случай поясню, зачем нужен рассказчик. Есть несколько вариантов (приведу не все):
1. Рассказчик на деле находится где-то в середине фильма: первую часть мы слышим из его уст, затем действие фильма врывается в комнату, где он рассказывает, и история продолжается уже с ним самим.
2. Рассказчик – ненадёжный, то есть его рассказ опровергается по ходу дела («Большая рыба», «Обычные подозреваемые»), или есть несколько рассказчиков с разными версиями («Герой»).
3. Рассказчик – это изменившийся герой. В плохом фильме «В поисках приключений» с Ван Дамом нам показывают вначале очень крутого старика (загримированного Ван Дама), а потом рассказывают, почему он такой крутой (причина идиотская, но план фильма верный – нас завлекли необычным героем, и показывают истоки его необычности).
4…
И так далее. Здесь же просто какой-то хер что-то о чём-то говорит.

Вопрос к бутафору: Дружок, ты знаешь, что в XIX веке ещё не было принтерной бумаги формата А4, на которой ты распечатал уголовные дела?

Как исправить: Нахер эту сцену вместе с рассказчиком. Вообще не нужна.

2

Collapse )

Продолжение разбора

Парфюмер за работой

Книга о PR

Эпическая книга про PR вышла. Называется "Пиарь меня, если можешь" (это всё Олег Бондарев виноват, он придумал). С сегодняшнего дня официально продаётся в магазинах. По крайней мере, в Московском доме книги и в "Библио-глобусе" имеется.

В книге я:
- поливаю плохих пиарщиков говном;
- поливаю хороших пиарщиков нектаром и амброзией;
- поясняю, почему одним досталось говно, а другим мёд, и как нужно делать, чтобы быть хорошим.

Книга полностью состоит из кейсов (их там под сотню) и моего личного опыта. В частности, рассказываю, как:
- убедить СМИ бесплатно написать материал на любую нужную вам тему;
- делать платные спецпроекты и не ругаться с редакцией;
- организовывать пресс-туры;
- заминать скандалы, интриги и расследования;
- прилично себя вести;
- получать профит (отличные публикации, божественную конверсию, премию от шефа).

Подло раскрываю инсайд о том, как подкручиваются счётчики на сайтах, завышаются тиражи журналов, и вообще порю всех направо и налево. Никого не жалко. Свобода или смерть, всё такое. 9 лет работы в "Попмехе" даром не проходят.

Наконец-то я позволил себе написать книгу из 350 страниц чистого незамутнённого неполиткорректного имхо. Нахер теоретиков, только практика.

cover1__w600
Парфюмер в тюрьме

Особо понравившиеся в 2018 году книги и фильмы

Каждый год я суммирую просмотренное и прочитанное за год предыдущий. Итак, лучшее из просмотренного и прочитанного за 2018 год. Жирным выделены особо понравившиеся. Желающие могут посмотреть аналогичные списки: 2014, 2015, 2016, 2017.

КНИГИ

Гузель Яхина. Зулейха открывает глаза
Теодор Рошак. Киномания
Амор Тоулз. Джентльмен в Москве
Кэтрин Валенте. Сказки сироты
Мариша Пессл. Ночное кино
Эмма Донохью. Чудо
Эдуард Веркин. Остров Сахалин
Бернар Миньер. Грёбаная история

ФИЛЬМЫ И СЕРИАЛЫ

Дюнкерк (Dunkirk, Великобритания-Нидерланды-Франция-США, 2017)
Мегрэ на Монмартре (Maigret in Montmartre, Великобритания, 2017)
Три билборда на границе Эббинга, Миссури (Three Billboards Outside Ebbing, Missouri, Великобритания-США, 2017)
Мистер Мерседес, 1 сезон (Mr. Mercedes, США, 2017)
Смерть Сталина (The Death of Stalin, Великобритания-Канада-Франция-Бельгия-США, 2017)
Место встречи (The Place, Италия, 2018)
Охотник за разумом, 1-й сезон (Mindhunter, США, 2017)
Алиенист, 1-й сезон (The Alienist, США, 2018)
Другая сторона / Двойник, 1 сезон (Counterpart, США, 2017)
Утопия, 1 и 2 сезоны (Utopia, Великобритания, 2013)
Лето (Россия, 2018)
Видоизменённый углерод, 1 сезон (Altered Carbon, США, 2018)
Бельканто (Bel Canto, США, 2018)
Недруги (Hostiles, США, 2017)
Лето 84 (Summer of 84, Канада-США, 2018)
Парфюмер выливает духи

"Эверест": официально

Ладно, теперь можно.

Говорят, что терпение и труд всё перетрут. В моём случае поговорку можно расширить до состояния "Терпение, труд и Николай Кудрявцев всё перетрут". И добавить ещё ряд людей, которые всячески поддерживали эту историю - Галину Юзефович, Василия Владимирского, Николая Караева и так далее. В общем, много вас, и спасибо вам.

234451

Иначе говоря, после 4,5 лет в столе "Эверест" не только вышел из печати, но и отправился на реализацию в магазины. Это исправленная и дополненная версия относительно той, которая гуляла по сети и существовала в Ridero несколько лет назад.

Но важно понимать несколько вещей:
1) Это художественное произведение. Это не энциклопедия альпинизма, не историческое исследование, ничего подобного. В "Эвересте" многое намеренно переврано, передёрнуто, опущено и придумано. Я имею право на любые допущения, ошибки, неточности и своевольности - и я их сделал, потому что мне так хотелось. Или потому что я не разобрался в проблеме, но мне было неважно.
2) Это сложная книга. В ней использовано четыре разных стиля подачи от имени четырёх разных персонажей, в ней есть истории от первого и от третьего лица, в ней есть канцелярские вставки и выдержки из энциклопедий, письма героев, переведенные с английского выдержки из чужих воспоминаний, сонеты и так далее. Нет, её не просто читать. Да, если вы пробежитесь по ней поверхностно, она вам вряд ли понравится.
3) Нет, это не фантастика. Как минимум в том понимании, которое у нас приклеилось к этому термину. Если вы считаете серийные проекты "Сталкер", "Метро" или "Дозоры" литературой, то вам не сюда, простите. Не потому что вы плохой, а тут всё прекрасно (может, тут ещё хуже), а потому что вкусы разные.
4) Да, я немножко ходил в горы. Нет, не очень высоко, только на Эльбрус. Но да, я знаю много альпинистов, много читал и много расспрашивал. Нет, я не совсем из головы брал то, что писал. Хотя и из головы тоже.
5) Я по-прежнему ничего не пишу, а "Эверест" остаётся моим последним романом. Хотя теперь я могу что-то начать, потому что правило "ничего не пиши до того, как опубликуют предыдущую книгу" я выполнил, четырёхлетний целибат снят. У меня опять нет ничего неопубликованного, можно работать дальше.
6) Книга только для взрослых. Совсем только для взрослых. В идеале для взрослых, готовых к тому, что любовь бывает разная. Потому что это книга о любви.

И да, ещё одно. Мне очень нравится эта книга. Мне самому.
Покупайте наших слонов. Ну и перепостите, что уж.
Парфюмер за работой

Прочитано и просмотрено, выпуск 252

ПРОЧИТАНО

Пол Остер. Книга иллюзий. С самого начала «Книга иллюзий» представляет собой клон то ли «Киномании» Рошака, то ли «Ночного кино» Пессл. Один в один. Много лет назад пропал известный режиссёр, окружённый тайной, и герой-киноман начинает копаться в прошлом, чтобы эти тайны раскрыть. Но у Рошака и Пессл книги выливаются в сюжет, а у Остера герой внезапно без всяких усилий в середине книги получает приглашение от того, кого ищет. Все герои ведут себя по-идиотски, поступают алогично, бросаются друг другу в объятия без всяких предпосылок и не догадываются ни украсть, ни скопировать ценнейшие плёнки до их сожжения. Глупый, в общем, роман. 2/10.
Эмма Донохью. Чудо. Донохью очень крута. Не скажу, что круче, чем в комнате – но когда въезжаешь, оторваться от «Чуда» невозможно. Всю книгу 11-летняя девочка принципиально ничего не ест, умирая от голода, в то время как все окружающие (это Ирландия XIX века) смотрят на неё как на чудо господне и верят в то, что до неё дотронулся бог, разрешивший ей не есть. При том, что событий почти никаких не происходит – только медленные прогулки и разговоры в рамках одной деревушки, динамика у книги сумасшедшая, последние главы дочитываешь с дрожащими руками и мыслью: только не умирай, не умирай, не умирай. «Комната», напомню, производила ровно такое же впечатление – в главе, где ребёнок бежал из заточения. 8/10.
Селеста Инг. Всё, чего я не сказала. Первую треть роман маскируется под детектив об исчезновении девочки, но со временем он превращается в зануднейшую социально-психологическую драму о подростковых проблемах, расовых несправедливостях и проблемах Америки 1970-х годов. Таких историй и без Инг вагон и маленькая тележка. 3/10.

ПРОСМОТРЕНО

Паранормальное (The Endless, США, 2017). В общем, занятный концепт. В некой зоне время образует шарообразные аномалии, внутри которых зацикливается. То есть ты попадаешь в такой «шар» и дальше живёшь циклом, скажем, в 20 дней. Раз в 20 дней ты так или иначе погибаешь, затем оживаешь в начале цикла. Люди, попавшие в зону, образуют что-то вроде секты – они не могут её покинуть и живут общиной, зная о «циклах» друг друга. Самое жуткое – это человек с 3-секундным циклом, реально страшно. А вообще – перед вами был спойлер, мухахахахаха. Хотя в принципе, смотреть можно и после спойлера. 5/10.
Полуночное солнце (Midnight Sun, Швеция-Франция, 2016). Неплохой сериал о французской полицейской, приезхавшей в Швецию расследовать там убийство. Прикол в том, что первое лицо, которое мы видим – это Дени Лаван, звезда «Корпорации «Святые моторы», и мы думаем вот он, главная роль, и тут его размазывает по вертолётному винту. За расследование берётся Петер Стормаре, и вот мы думаем, главная, роль, и тут Стормаре харкает кровью и помирает! На этом известные актёры заканчиваются, и начинается расследование. Чем-то похоже на «Мост», если он кому нравится – можете посмотреть и «Полуночное солнце». 6/10.
Тау (Tau, США, 2018). Ничего было бы, когда бы не несколько идиотских натяжек. Девушка из ночного клуба попадает в подвал к безумному гению, который разрабатывает ИИ на основе человеческого мышления. Девушка оказывается умной, разрушает лабораторию и влюбляет в себя прототип ИИ, почему-то не запрограммированный на непричинение вреда хозяину. Нелогичностей хватает (Неужто разум целого ИИ сохраняется в одном дроне? Почему дрон подал ей ключ?), но в целом норм. 5/10.
Искажённый (Distorted, Канада, 2018). Посредственный канадский фильм, куда для понтов позвали совершенно ненужного Кьюсака. Пара переселяется в большой новый дом, и женщина думает, что жители дома пытаются подчинить себе её разум. Это она думает в первые 10 минут, и больше ничего не меняется – так оно и есть. Дальше – беготня с пистолетом и море роялей в кустах (особенно журналист Кьюсак, который внезапно появляется ровно там, где он нужен, и героически спасает всех, кого надо). Смотреть не стоит. 2/10.
Зависимость (Habit, Великобритания, 2017). Крайне затянутое авторское кино, в котором мутноватый мужичишка устраивается работать в бордель, а там все людоеды, и он тоже становится людоедом, и дальше они жрут людей. Всё. 1/10.
Утопия, 1 сезон (Utopia, Великобритания, 2013). Нормально. Даже местами круто. Напоминает «Детективное агентство Дирка Джентли», только тут постоянно кого-то жестоко убивают – детей, женщин, стариков, льётся море крови, царствует необоснованная жестокость, и при этом все негодяи намеренно комичные. Идёт такой жирный тяжко дышащий неуклюжий балбес, и хрясь – поубивал кучу детей в школе, чтобы повесить это преступление на того, на кого надо. И дальше пошёл со своей одышкой, у него ещё надо попытать там кое-кого. И почему-то всё это не бесит. Так и надо. Даже весело. 7/10.

Парфюмер за работой

Прочитано и просмотрено, выпуск 248

ПРОЧИТАНО

Хосе Карлос Сомоза. Дама номер 13. Идея хороша. Музы, вдохновляющие поэтов, и ведьмы, слетающиеся на шабаши, - это одни и те же существа, секта женщин, способных использовать поэтические строки в качестве заклинаний (для того и вдохновляют). А вот реализовано – плохо. Дамы могли растереть главных героев в порошок раз двадцать, но всегда отпускали под явно выдуманным писателем предлогом. Это как в старом голливудском кино главный злодей долго болтал, чтобы дать хорошему время выкрутиться. Здесь – ровно то же самое. Алогичность и слабость поступков Дам несколько низводит пафос, связанный с таящейся в них опасностью. 4/10.
Фредерик Бакман. Бабушка велела кланяться и передать, что просит прощения. Конечно, мне должна была понравиться эта книга – трогательная, мила и остроумная история о девочке, которая получает после бабушкиной смерти письмо от неё – и раскручивает целый клубок взаимоотношений бабушки с другими людьми. Но мне не понравилась. Потому что после «Жутко громко и запредельно близко» Фоера и «Здравствуйте, мистер Бог, это Анна» Финна книга Бакмана не то что вторична – она третична. Она использует ровно те же штампы, ровно те же рычаги давления на читателя, ровно те же трюки и эффекты. И получается вроде сильно, но – слабее, чем в двух предшествующих произведениях. 4/10.
Харлан Кобен. Единожды солгав. Посредственный детектив, совершенно недостойный Кобена. Так всегда бывает: когда ты возносишься на Олимп настолько, что от тебя примут любую дрянь, ты её и пишешь, а чё напрягаться-то. Многие вещи решены совершенно топорно. Например, к героине, у которой убили мужа, после похорон подходит следователь и говорит: «Расскажите, как всё было». Она такая: «Я же уже была на допросе». «А я ещё раз хочу услышать». Это такой примитивный литературный приём, чтобы рассказать зрителю подоплёку, но при этом начать не с самого первого допроса. Штамп на штампе. Концовку я угадал (она не то чтобы простая, у меня опыт просто большой). 4/10.
Амор Тоулз. Джентльмен в Москве. Поразительно прекрасен этот роман. Наивный, с немного неестественными русскими фамилиями, псевдоисторический, но безумно трогательный и настоящий, роман, я бы сказал, о дружбе и недружбе. Это то же самое, что в «Смерти Сталина» – когда иностранец внезапно понимает и интерпретирует самые чудовищные периоды российской истории гораздо более сильно, выпукло и правильно, нежели серая слизь, прикрывающаяся лощёным патриотизмом. Но «Джентльмен в Москве» не о России, о мог быть и о Китае, например, и о Турции, в общем, о любой стране, сменившей один мир на другой. Потому что это книга абсолютной неспешности, книга об искусстве сохранения ритма, о человеке, который не меняется, потому что не считает нужным. Независимо от окружающего ада. 9/10.

ПРОСМОТРЕНО

Место встречи (The Place, Италия, 2018). Отличный фильм. Всё действие происходит за одним столиком одного маленького итальянского кафе под названием The Place. За этим столиком сидит человек с большим гроссбухом, и к нему приходят люди, которые чего-то хотят. Слепой – обрести зрение, монахиня – вернуть веру, автомеханик – переспать с кинозвездой, продажный полицейский – вернуть пропавшие деньги, которые он должен. И так далее. И человек даёт им задания, по выполнении которых желания исполнятся. Одному – убить маленькую девочку. Одному – изнасиловать женщину. Одной – разбить семейную пару. Сложные, невыполнимые, чудовищные. Но ведущие к исполнению мечты. «А можно вот это?», спрашивает «клиент». «Это можно», говорит человек за столиком. И конец потрясающий, да. 9/10.
На грани безумия (Spinning Man, Ирландия-Швеция-США, 2018). Падкого до студенток профессора обвиняют в исчезновении (убийстве) одной из учившихся к него девушек. Всё указывает на него. И он знает, что это он. Или не он. Или не знает. Гай Пирс и Пирс Броснан – отличный дуэт, только вот окончание фильма никакое, совсем никакое. Неинтересно, рушащее всё напряжение и превращающее психологический триллер в мелодраму. 5/10.
Гордая Мэри (Proud Mary, США, 2018). Неимоверно тупой боевик о чёрной киллерше, которая берёт на воспитание сироту, чьих родителей она годом ранее убила. Это вызывает у неё ряд проблем, и за последние 15 минут фильма она все их решает, в одиночку явившись в логово зла и убив всех (на глазок человек 30) плохих. В неё не попадает ни одна пуля, её «Мазерати» после расстрела из автоматов спокойно ездит, плохие перед смертью произносят речь, в общем, спасибо, боевик 1990-х с Синтией Ротрок слегонца устарели, чтобы снова их снимать. 2/10.
На пределе (Aus dem Nichts, Германия-Франция, 2017). Я Дайану Крюгер вообще не узнал, столько лет она не попадалась мне в кино. В общем, мрачный фильм о том, как террористы-любители самопальной бомбой убивают мужа и сына героини, суд их оправдывает, героиня им мстит. Это не боевик и даже не детектив: большую часть фильма, процентов 60, занимает суд. Сама месть – последние 10 минут. Чего я не понял, так это как обычная немецкая домохозяйка из говна, палок и сетевой инструкции делает рабочую бомбу. Ну честно. Натяг. А в целом – скучно. 4/10.
Тихоокеанский рубеж 2 (Pacific Rim: Uprising, США-Китай-Великобритания, 2018). Да то же самое, что и первый – чистой воды игрушка дель Торо, только тут он выступил в качестве продюсера, а не режиссёра. Гигантские боевые роботы малоосмысленно херачат других гигантских боевых роботов, больше ничего. 1/10.
Титан (The Titan, Великобритания-Испания-США, 2018). Весь фильм команду специально отобранных добровольцев видоизменяют, чтобы они могли жить на Титане без защиты («Титан – наша единственная надежда! Земля перенаселена!»), все они сходят с ума и дохнут, и только главный герой после ряда приключений отправляется на Титан. Вот тут и возникают вопросы. На хрена его туда отправили? Как он, в одиночку живущий на Титане, спасёт мир? Обычные люди всё равно не выдержат таких трансформаций. Ну ок, у нас тепеть свой человек в космической пустыне. Круто, круто, очень ценно. Ребят, а может… Марс? Не проще ли? Ну да, там так себе с атмосферой, но как бы другие вещи поудобнее будут. 2/10.
Безжалостный (Relentless, США-Сальвадор, 2018). Похищают работающую в Сальвадоре девушку, и её мать из США бросается на помощь. А дальше начинается глупость. Героиня обращается за помощью к мелкому местному бандюгану, и он не просто соглашается помочь (!), а лично на своём «Мерседесе» едет с ней в Гватемалу, убивает там бандитов направо и налево, расхреначивает всё на своём пути и спасает всех. Она говорит ему «Спасибо», он уезжает в закат. Смотреть довольно интересно, но вот логика поведения героя для меня так и осталась загадкой. 4/10.

Парфюмер за работой

Особо понравившиеся в 2017 году книги и фильмы

Друзья, я замотался и совершенно забыл, что каждый год суммирую просмотренное и прочитанное за год предыдущий, делая эдакую выдержку. Итак, лучшее из просмотренного и прочитанного за 2017 год. Жирным выделены особо понравившиеся. Желающие могут посмотреть аналогичные списки 2014, 2015 и 2016 годов. В нынешнем списке пунктов будет совсем немного.

КНИГИ

Чайна Мьевиль. Рельсы

ФИЛЬМЫ И СЕРИАЛЫ

Троцкий (Россия, 2017)
Ветреная река (Wind River, Великобритания-Канада-США, 2017)
И никого не стало (And Then There Were None, Великобритания, 2015)
Чудо-женщина (Wonder Woman, США-Китай-Гонконг-Великобритания-Италия-Канада-Новая Зеландия, 2017)
Стражи Галактики. Часть 2 (Guardians of the Galaxy Vol. 2, США-Новая Зеландия-Канада, 2017)
Прочь (Get Out, США, 2017)
Орда (Россия, 2011)
Невидимый гость (Contratiempo, Испания, 2016)
Прибытие (Arrival, США, 2016)
Падающая вода, 1 сезон (Falling Water, США, 2016)
Мертвец детектива Мегрэ (Maigret's Dead Man, Великобритания, 2016)
Очень странные дела, 1 сезон (Stranger Things, США, 2016)
Встречное расследование (Contre-enquête, Франция, 2007)

Парфюмер за работой

Научпоп должен развлекать! (что такое научно-популярная литература с моей точки зрения)

Недавно я высказал крамольную в глазах научного и научно-популярного сообщества мысль. Звучит она следующим образом: научно-популярная литературе не должна ничему учить. Вообще. Она должна делать две вещи:

1. Развлекать
2. Заинтересовывать вопросом


Всё. Никаких знаний после прочтения научно-популярной книги, будь то Докинз с Саганом или Казанцева с Панчиным, оставаться не должно. Ну как «не должно». Кто-то, возможно, что-то и запомнит. Но это опция, а не штатная функция научпопа. На деле это сложный вопрос, который нельзя расписать в одном предложении. Поэтому я решил подробно развернуть свою мысль в этом эссе.

Проблема узкого специалиста, или почему учёные не пишут книг

Одни из самых глупых отзывов и рецензий на любые (подчёркиваю: любые) научно-популярные книги пишут узкие специалисты. Профессиональные нейробиологи, историки византийской архитектуры, китаеведы, металлурги и так далее. Причём те из них, кто сам никогда не писал научно-популярных книг или статей, а ограничивался важными, порой – революционными публикациями в серьёзных цитируемых журналах с непроизносимыми названиями. Ни один человек вне их отрасли эти журналы никогда не читал, и это нормально: специальная литература предназначена только для специалистов.

Почему так выходит? Почему специалисты не рады появлению тематических книг, которыераскрывают их узкую, профессиональную, непонятную обывателю область дяде Васе из Зуёвки? Это что, тайна за семью печатями? Как ни странно, да. Ревность, зависить, самомнение – это три движителя в данном случае. Не профессионализм. Потому что профессионализм – это совершенно другое.

Давайте на конкретном примере. В 1997 году гигантским тиражом 500 000 вышла книга американской журналистки «Айрис Чан» The Rape of Nanking: The Forgotten Holocaust of World War II. Это была первая научно-популярная историческая книга, подробно рассказывавшая о чудовищной резне, устроенной японцами в китайском Нанкине в 1937/38 годах. Чтобы написать эту книгу, Чан ездила в Китай, брала интервью у выживших, изучала документы и так далее.

Но она писала для обычных людей, писала беллетризированным языком журналистский материал, по сути – большую занятную статью. И допустила в ней значительное количество фактологических неточностей и ошибок (при том, что интервью с очевидцами до неё не брал вообще никто, а высокопарные историки к таким вещам как беседы с китайскими бабушками, вообще относятся свысока).



Первый тираж ушёл в 1997 году весь (!) И началось. Толпа китаистов, которые до того занимались исключительно узкоспециализированным онанизмом на китаеведческих кафедрах американских вузов, собрали всю слюну, которую только могли. О книге писали, что она «полна дезинформации и выдуманных фактов» – это Джошуа Фогель из Йоркского университета (до его многократных выступлений на радио и телевидении, посвящённых поливанию Чан какашками, о существовании Фогеля никто не знал, кроме полутора специалистов). И ещё писали, что «там нет ни одного комментария от японского участника резни» – это Дэвид Кэннеди из Стэнфорда. А Роджер Джинс из Вашингтонского университета пишет, что Чан – не историк, и вообще не имеет права без специального образования писать подобные книги При том, что Джинс сам ни одной книги на тот момент из себя не вытужил, точнее, одну нечитабельную обычными людьми специализированную брошюру «Демократия и социализм в современном Китае».

Этими людьми двигало только одно. Как же так, думали они. Мы тут всю жизнь Китай изучаем, а она раз, раз – и написала книгу, которая стала бестселлером.

Были и профессионалы. Ряд историков просто написали Чан корректные грамотные письма с правками и консультациями. Все эти правки были учтены во втором издании 1998 года. Такой подход – профессионален. Но 90% узких специалистов к нему просто неспособны.

Это большая проблема узких специалистов – неумение читать научно-популярную литературу. Потому что научно-популярная литература для них вообще не предназначена. Ни при каких обстоятельствах они не узнают из неё ничего нового, потому что она по умолчанию поверхностна и проста. Её целевая аудитория – люди, которые о вопросе не знают вообще ничего. Она должна объяснять базовые вещи простым языком.

Один специалист по сварке предъявил к моей книге «Изобретено в России» характерную претензию, связанную с тем, что сварка описана всего на четырёх страницах и очень поверхностно, совершенно ему, физику с многолетним стажем, было неинтересно. Дружок, хотелось ответить мне, конечно, неинтересно. Зачем ты вообще это читал? Что ты надеялся найти в 540-страничной книге, в которой я попытался охватить вообще весь пласт русской изобретательской мысли от подстаканника до сейсмографа? Что я половину посвящу сварке? Здесь уже не более чем непонимание того, зачем нужна научно-популярная литература как таковая.

И вот тут мы перейдём ко второму вопросу: а почему, собственно, ругающие сами не напишут «как надо»? Почему они не возьмут и не сделают хорошую с их точки зрения книгу? Почему они не издадут её в научно-популярном издательстве и не расскажут дяде Васе из Зуёвки всю правду о нейробиологии, сварке и истории византийской архитектуры?

Всё просто. Для этого нужно поднять жопу. Потому что книга – это очень до фига работы. Это недосыпы, ночные вламывания, тяжкий труд, тысячи источников, море информации, и всё это – чаще всего почти без финансовой отдачи, точнее – с отдачей, не соответствующей затраченному времени. Книга – это плата здоровьем и личным временем за эфемерный престиж. И вы не поверите, но журналисты так – умеют. Это их работа – вламывать, чтобы рассказать обычным людям – не профессионалам, а именно обычным людям – о чём-то, о чём те не знали.

Большинство людей неспособно написать книгу, хотя думают, что это легко. У Альбера Камю в «Чуме» был прекрасный персонаж – Джозеф Гран, который бесконечно, на протяжении всего романа, «писал книгу», переписывая и совершенствуя одно-единственное первое предложение «Прекрасным утром мая элегантная амазонка на великолепном гнедом коне скакала по цветущим аллеям Булонского леса». Он так и не написал книгу, скончавшись от чумы. Гран – это отличная иллюстрация того, что получится у большинства людей, когда они попытаются написать книгу, «потому что это легко».

Впрочем, исключения, конечно, есть. И у нас (Попов, Соколов, Панчин, Дробышевский, Пиперски, скажем). Но это капля в море. Обычно специалисты книг не пишут.



Ещё один момент. Вы спросите: а почему и по каким признакам я делю людей на профессионалов и нет? Да всё просто. Каждый из нас в чём-то узкий профессионал. Специалисту по газодинамике не стоит читать научно-популярную книгу для обывателей, где газодинамика раскрывается парой абзацев в середине. Он ничего из неё не почерпнёт, ещё и обидится на неподробность. Зато ему может быть очень интересна научно-популярная книга об истории книгопечатания, потому что он об этом ничего не знает, и она покажется ему полной и занятной. Хотя специалист по книгопечатанию на неё обидится за неподробность и популярность. И так по замкнутому кругу. Помните, как Незнайка нарисовал портреты жителей Цветочного города, и каждый обижался только на свой портрет? Вот это ровно оно.


Почему научпоп должен развлекать, а не учить

Теперь перейдём ко второму и более важному вопросу, заявленному в заглавии. Научно-популярная литература должна развлекать. Она должна вызывать у не очень умных специалистов (как я уже писал, умные всё понимают и в самом идеальном случае набор объективных претензий напишут в вежливом письме к автору) баттхёрт и возмущение.

Потому что научно-популярная литература, в отличие от пестрящих ссылками статей в цитируемых журналах и выходящих тиражом 100 экземпляров монографий с непроизносимыми названиями, – это в первую очередь литература. Такая же, как Пелевин, Олди или Агата Кристи. Она издаётся коммерческими изданиями, в красивом оформлении, нормальными тиражами и попадает в книгоиздательскую систему распространения. Она лежит на магазинных полках и просит у читателя: «Купи меня, купи!»

И читатель покупает её, чтобы получить удовольствие. Чтобы прочесть её с интересом, не переходя каждые две строки на специализированные статьи на Sci-Hub (бесплатный, в конце концов!) Он читает научно-популярную книгу как роман. То же можно сказать о журналах: на самом деле «Популярная механика» и «Cosmopolitan» – это ровно одно и то же. Развлекательные глянцевые журналы. Просто первый для любителей технологий и военки, а второй – для любительниц светской жизни и женской психологии.

Поэтому мне всегда странно, когда ругают, скажем, «В Интернете кто-то не прав» Аси Казанцевой. Какая разница, что там написано. Правда или неправда. Свою первую функцию эта книга выполняет – она интересная, весёлая, читаешь её, как детектив, и тебе хорошо. Или ты её что, как учебник биологии для соответствующей кафедры МГУ покупал, дружок? Её тебе что, в качестве обязательного чтения на лета в институте задали? Ну не нравится тебе пирожное, потому что не любишь ты заварной крем. Не заставляй себя, не мучайся, не покупай, не ешь, не читай. А меня – развлекло.



Вторая функция – заинтересовывать, и она значительно сложнее. Поймите правильно, но 99% людей, прочитавших ту или иную научно-популярную книгу, не почерпнут оттуда никаких знаний. Не запомнят вообще ничего (а если и запомнят, то забудут в течение недели наглухо).

Поэтому научпоп – это не учебник и не справочник. В нём не должно быть мутных формул, обязательных ссылок на цитируемые журналы и – важно – лишних сведений. Вот это, кстати, нередко проблема научпопа, который пишется учёными. Дробышевский написал хорошую книгу «Достающее звено», но она у него вышла в объёме скольки там, 1200 страниц? Это уже такой научпоп-не-для-всех, человек, не интересующийся конкретно антропологией хотя бы на любительском уровне, вряд ли будет читать.

Единственная именно научная задача научпопа – обмануть читателя, сделать вид, что наука – это весело, интересно, и ей стоит заняться. На самом деле наука – это гораздо круче, чем написать книгу. Мутное, долгое, сложное занятие, требующее пахоты и глубокого погружения нередко в нуднейший предмет, причём не на неделю, а на годы и десятилетия. Я бы даже сказал сочнее: настоящая, серьёзная наука – это адов трындец. Когда вы вузе чуть-чуть касаетесь римановской геометрии, вы на самом деле вообще ничего не понимаете. У вас уйдёт много лет только на то, чтобы въехать в начала, достаточные для того, чтобы начать что-то исследовать, а потом много лет на исследования, в основном – методичные и однообразные, а потом, возможно, при должном везении и стечении обстоятельств, путём нечеловеческого труда, вы найдёте в своей узкой научной области что-то новое, и это со стороны будет казаться прорывом. И только вы будете знать, сколько пота и крови осталось за этим. И да, ещё важное: чтобы заниматься наукой, её надо любить.

Прочтя книгу Казанцевой, или Панчина, или кого-то другого, читатель попадает в иллюзию простой науки. О, как это круто, весело и интересно! Читая про архитектуру, обыватель думает: о, как это круто, буду и я здания рисовать (о тоннах инженерных расчётов он не думает). И это хорошо. Потому что, если читатель заинтересовался темой, он будет копать. Может, учиться пойдёт (впрочем, маловероятно), может, будет читать более специальную литературу – и со временем начнёт разбираться в вопросе. И научно-популярная литература будет ему уже неинтересна, поскольку он её перерос.



Научпоп – это такое средство поиска. По ней читатель может понять, что ему интересно. По цитируемым статьям в серьёзных профильных изданиях это сделать невозможно, потому что они по умолчанию неинтересны незнакомому с вопросом и целево не ищущему именно этот материал человеку. А по случайно купленной на развале книге – можно.

Я знаю как минимум три случая, когда люди читали мои статьи в «Популярной механике» и начинали интересоваться тем, о чём я написал, настолько, что это со временем стало их профессией. Они давно переросли эти детские статьи – сейчас они разбираются в тех вопросах значительно лучше меня, и знания, полученные из тех статей, ничего для них не значит, это как первые шаги младенца, которые не значат ничего в сравнении с бегом Усейна Болта.

APD. Да, Саша Панчин напомнил мне, что существует разряд прикладных научно-популярных книг. Например, книга Алексея Водовозова «Пациент разумный» в прямом смысле слова поможет обывателю распознать медицинское мошенничество. Такие книги являются исключениями: у них есть ещё назначение быть чем-то вроде сложной и обоснованной инструкции. Но суммарно таких книг не очень много.

И про ошибки

Вообще говоря, половина этих мыслей выросла из дискуссии в FB Сергея Белкова об ошибках в научно-популярной литературе и степени их допустимости. В уже упомянутой книге Айрис Чан было 90 фактических ошибок только на первых 64 страницах книги (их исправили во втором издании).

Плохо ли это? Нивелирует ли это достоинства книги и вообще работы популяризатора? Нет, вообще ни на йоту.

Во-первых, править книгу между изданиями – это абсолютно нормально, и если кто-то думает, что бывают первые издания без ошибок, то он книгу только по телевизору видел, тут даже говорить не о чем. 100% первых изданий любых книг – и научно-популярных, и художественных – имеют ошибки. Фактологические, корректорские, какие угодно. Книга целиком и полностью избавляется от ошибок в лучшем случае к 3-му изданию. Чаще – к 4-му или 5-му. В научных публикациях, кстати, примерно то же самое, только ошибок в разы меньше, поскольку более сложный и серьёзный уровень рецензирования.

Во-вторых, ошибки бывают разные. У меня, скажем, книга об истории русской изобретательской мысли. Если я допустил ошибку в описании какой-то конкретной пушки (про которую есть 100 знаков текста в общем абзаце вводной части), это вообще неважно. Важно минимизировать ошибки в вещах, касающихся основной темы, а какой там узор был на пушке – грифон или Вельзевул, это абсолютные мелочи. Вот, скажем, в 2010 году в статье про боевые катера я напорол в названиях пулемётов – за это до сих пор стыдно, потому что статья была прямо именно про это.

Вот тут особенно ярко прорывается проблема узкого специалиста. Когда он чувствует Силу и возможность внести своё ценное мнение, он способен докопаться даже до запятой. Уровень этого докапывания примерно таков: «На 6-й странице запятая стоит неверно! Книга – полное говно, сразу всё понятно». Хочется спросить: детка, ну что тебе понятно? Какой ты умный, расскажи мне. Кстати, мне в личку регулярно умные и приятные люди шлют правки к книге. Штук 10 писем было. Им я говорю «большое спасибо».



В-третьих, автор никогда не делает ошибки со зла или потому что он глуп. Человек, который поднял свою жопу, собрал информацию и написал книгу, по умолчанию умнее и компетентнее львиной доли окружающих. Потому что это очень тяжело (писал выше, не буду повторяться). Просто тот, кто никогда не писал ничего научно-популярного или художественного, не представляет, что такое, например, «замыленный взгляд», или «невозможно прекратить редактировать», или «блядь, я больше не могу», или «пойди и займись ребёнком, статья подождёт», или 5-е, 6-е, 7-е и так далее. Когда ты пишешь книгу, весь мир против тебя, дружок. А если тебе кажется, что весь мир за тебя, и у тебя текут слова и льются, то это называется «графомания».

Подытожим-с

Всё, мне надоело. Получилось несколько сумбурно, но мне не очень хочется приводить этот текст в порядок. Поэтому просто тезисно.

1. Научпоп должен быть интересным, весёлым и несёт развлекательную функцию.
2. Научпоп не предназначен для специалистов, он предназначен для людей, ничего не понимающих в вопросе.
3. Научпоп – не учебник и не должен нести свет знаний.
4. Научпоп должен создавать иллюзию, что сложное – это простое, чтобы заинтересовать читателя темой.
5. В любой книге всегда есть ошибки.
6. Хороший автор всегда правит ошибки между переизданиями.
7. Непрофильные книге ошибки – это абсолютно неважно, есть – и ничего страшного (исправили – вообще хорошо).
8. Написать книгу очень сложно, думающие иначе никогда не писали книг.

Да, корректные дискуссии приветствуются. Тупые споры с неаргументированным бросанием какашек и переходом на личности порождают бан. На данный момент забаненных: 3 (все - за переход на личности).

P. S. В FB задали хороший вопрос, потребовавший дополнения. Как отличить неосознанную ошибку от осознанной лжи и где граница? Всё очень просто. Как я уже писал выше, хороший автор ошибку исправит. А ложь - нет. Вот, собственно, и вся разница.
Парфюмер за работой

Книжный развал 2017 года

Так, друзья. Надо подвести книжные итоги года. Поскольку написанный в 2014 году роман "Эверест" до сих пор издателя не нашёл, а принцип "не писать следующего до публикации предыдущего" я соблюдаю неукоснительно, пришлось переключиться на научно-популярную литературу, и в 2017-м я на этот счёт отжёг весьма и весьма.



Перед вами четыре книги, которые я или написал сам, или принимал участие в написании в составе авторского коллектива. Все четыре свободно продаются в магазинах - как онлайн, так и в реале.



«Изобретено в России: история русской изобретательской мысли от Петра I до Николая II». Научно-популярное издание. М.: Альпина нон-фикшн, 2017. ISBN 978-5-91671-752-5.

В многочисленных справочниках и списках русских изобретений чаще всего не упоминается три четверти замечательных идей, рождённых отечественной изобретательской мыслью, зато обнаруживается, что мы придумали самолёт (конечно, нет), велосипед (тоже нет) и баллистическую ракету (ни в коем случае). У этой книги две задачи: первая — рассказать об изобретениях, сделанных в разное время нашими соотечественниками — максимально объективно, не приуменьшая и не преувеличивая их заслуг; вторая — развеять многочисленные мифы и исторические фальсификации, связанные с историей изобретательства.

Моя главная книга года, первое сольное научно-популярное издание. Толстое (534 страницы) и с хорошими иллюстрациями. Планируется вторая часть - о советском изобретательстве, пишу крайне медленно из-за обилия других проектов. Книга появилась в первую очередь генеральному директору издательства «Альпина нон-фикшн» Павлу Подкосову, который после какого-то моего возмущённого поста в Facebook сказал что-то вроде «Ну напиши уже книгу об этом, а я её издам». Я написал, а он издал. А ещё книга попала в шорт-лист премии «Просветитель».



«Популярная механика. Занимательные опыты и эксперименты». Научно-популярное издание. М.: АСТ, 2018. Серия: Популярная механика. Лучшее от редакции журнала. ISBN 978-5-17-096930-2. Автор-составитель: Тим Скоренко. Коллектив авторов: Тим Скоренко, Сергей Апресов, Дмитрий Мамонтов, Игорь Егоров, Дмитрий Горячкин, Витас Черняускас.

Эта книга создана при непосредственном участии редакции журнала «Популярная механика» и основана на его материалах, а «ПМ», как известно, — журнал о том, как устроен мир. Мы всегда должны помнить, что сам по себе он не устраивается — это мы, люди, собираем автомобили, делаем космические корабли, возводим здания, разрабатываем компьютеры. Мы надеемся, что эта книга подтолкнет вас и ваших детей к тому, чтобы продолжать строить мир вокруг себя, и нам, редакторам «Популярной механики», всегда будет, о чем написать.

Первое издание под брендом «Популярная механика» (теоретически запланировано ещё несколько книг). Я выступил в качестве редактора-составителя книги (это была эпическая задача), написал предисловия к разделам, а также главы «Невозможного нет», «Красота гармонии», «Финансовые пирамидки», «Битва Эйфелей», «Фотоаппарат на коленке», «Светлая комната», «Кинотеатр Юрского периода», «Сон из машины», «Музыка в стекле», «Огненный торнадо», «Не играйте с батарейками», «Пылающий воздух», «Пламя в бутылке», «А вместо сердца — парафиновый мотор», «Сухим из воды», «Секреты белого порошка», «Склянка-невидимка», «Рисунки на молоке», «Ловля ледяного дыма», «Пузырь в кубе, или Мыльный тессеракт», «Концентрические пузыри», «Прессуем жесть», «Маятник из кружки», «Кухонный маятник Фуко», «Иглы и монеты», «Лежать на гвоздях» и «Искусство левитации». Появилась книга благодаря Юлии Данник и Орнелле Зубковой из «АСТ», которые пришли в нашу редакцию и сказали что-то вроде: «Ну давайте вы уже сделаете книгу, а мы её издадим». Я сделал, а они издали.



«Эволюция мысли в знаменательных датах науки и экспонатах Политехнического музея: календарь 2017». Научно-популярное издание. М.: Политехнический музей, 2017. Серия: Календарь Политехнического музея. ISBN 978-5-98962-04409. Составители: Людмила Волкова, Валентина Туманова; автор текста: Тим Скоренко; главный редактор: Дмитрий Мамонтов.

Книга является продолжением «Календаря юбилейных и памятных дат в области естествознания и техники», который ежегодно выходит в свет с 1949 г. В календарь включены знаменательные даты в области естествознания, техники и промышленности. Также приводятся именной указатель, указатель предприятий, научных и учебных учреждений, перечесть основных использованных источников. На сайте Политехнического музея polymus.ru в разделе «Музей профессионалам» представлена расширенная версия календаря.

Для «Календаря 2017» я написал абсолютное большинство текстов, в частности, полноразмерные статьи для всех разделов, а также набор малых юбилеев и памятных дат. Книга появилась в первую очередь благодаря Дмитрию Мамонтову, который пришёл работать в «Политех» как раз когда очередной календарь начинали разрабатывать. Ужаснувшись его официозному виду, он сказал что-то вроде: «Щас я нормального автора приведу, и будет календарь». И привёл, и появился календарь.



«Люди мира. Русское научное зарубежье». Научно-популярное издание. М.: Альпина нон-фикшн, 2018. ISBN 978-5-91671-766-2. Редактор-составитель: Дмитрий Баюк. Коллектив авторов: Александр Аллахвердян, Андрей Ваганов, Геннадий Горелик, Владимир Губайловский, Елена Зайцева (Баум), Ольга Орлова, Антон Первушин, Ирина Пономарёва, Тим Скоренко, Сергей Ястребов..

«Люди мира» — книга не просто об эмиграции, она — о российских ученых и инженерах, реализовавших свои таланты за рубежом. Трагические события ХХ века заставили миллионы наших соотечественников покинуть родину. Но история русского научного зарубежья выходит за рамки традиционной хронологии волн русской эмиграции, ведь часть интеллектуальной элиты уехала из страны еще в 1895–1915 годы. Мощный поток эмиграции был после революции, кому-то из ученых, как прославленному физику-теоретику Георгию Гамову, удалось выбраться из СССР в годы сталинского террора, кто-то, как космолог Александр Виленкин, прорвался за «железный занавес» в годы застоя... Многие герои книги, например инженеры Игорь Сикорский и Владимир Зворыкин, получили на Западе заслуженное признание, однако на родине имена большинства наших выдающихся соотечественников-эмигрантов были преданы несправедливому забвению. Эта книга — попытка вернуть их в историю.

Для книги «Люди мира» я написал главы «Свет в окошке: краткая история лампочки» о Павле Яблочкове и Александре Лодыгине, «Русские крылья: авиация в эмиграции» об Игоре Сикорском и Александре Прокофьеве-Северском, «Бульб Юркевича: корабельная история», «Американский отец видеозаписи: Александр Понятов» и «Владимир Зворыкин: патентная война». Книгу придумал и инициировал Дмитрий Зимин, основатель фонда «Династия» и соучредитель премии «Просветитель». Составлял её Дмитрий Баюк, а Павел Подкосов порекомендовал меня Баюку в качестве одного из потенциальных авторов. В итоге я из потенциального автора перешёл в состояние автора кинетического.