nostradamvs (nostradamvs) wrote,
nostradamvs
nostradamvs

Categories:

3 мая 2011: Феодосия

Нарушим хронологию (не впервой) и, минуя Судак, обратимся к Феодосии. Мы туда добирались с приключениями. Автобус из Нового Света в Судак, потом – из Судака до развилки (потому что один-единственный прямой автобус идёт в 14.00), потом от развилки до Феодосии. А когда мы решили двинуть обратно, оказалось, что никуда и ничего уже не идёт. До развилки ещё кое-как добрались, потом на последнем автобусе Симферополь – Судак, а потом – пешком. Потому что таксисты наглые и за 7 километров требуют 100 гривен. Щас, ага. Пешочком, пешочком.

Но мы же о Феодосии, да. Город основан в VI веке до н.э. – давно. Как и все крымские города, хозяев Феодосия меняла регулярно – сначала греки, потом гунны, потом – византийцы, хазары, золотоордынцы, генуэзцы, османы, русские. В общем, наслоение культур. Город очень красивый, но изувеченный годами советской власти. Потрясающие особняки в стиле модерн выкрашены изнутри зелёной масляной краской до уровня плеч, в галерее Айвазовского вообще никак нельзя фотографировать (ужасно!), а на руинах генуэзской крепости XIII века сушится бельё жителей пристроенных прямо к средневековым стенам лачуг. Совок умеет испортить всё, что угодно. Даже Зурбаган, коим на самом деле является Феодосия.

Глядя на железную дорогу Феодосии, представляешь, как графья ехали на курорт прямо вдоль линии моря (рельсы пролегают через весь город прямо по кромке, отсекая пляж). Но когда пересекаешь дорогу, видишь загаженный консервными банками пляж. Но тут есть армянские церкви X века. И ещё тут был Айвазовский – и есть, навсегда, под камнем. Такова Феодосия.

Вот типичная картина: армянская церковь XIV века, а вокруг – гаражи и хибары.



Феодосия как я её понял

Но мы от автовокзала, расположенного довольно далеко от центра, шли пешком, поэтому отчёт начнётся с не слишком туристических районов. Тут всё застроено двухэтажными зданиями. Понравился гастроном с говорящим названием «Угловой» - потому что в советское время слово «Продтовары» выкладывали кирпичами на века.



Даже в достаточно крупных городах Крыма (в Феодосии порядка 80 000 человек) газовые трубы идут вдоль улиц, никуда не прячась.



Первым, что мы встретили по дороге, был мемориал войне. Скучный, стандартный.



С обязательной бетонной уродиной чуть дальше. В Севастополе, где мы ещё побываем в моих фотоотчётах, множество монументов Крымской войне. Боже, какие они красивые. Почему, ну почему нужно было увечить все города этими бетонными уродинами в брежневские времена?..



Как легко догадаться, первым памятником, который мы встретили, идя по улице Федько, был памятник, собственно, Ивану Федько. Был такой советский герой революции и военачальник, сначала награждённый всеми возможными орденами, а потом (в 1939 году) расстрелянный в ходе сталинских чисток.



Потом мы встретили колонну, но она была лишь преддверием прекрасного.



Короче, местных креативщиков пробило, и они построили на века каменную детскую площадку, стилизованную под древний мир. Обратите внимание – рядом с «храмом» имитация раскопок-фундамента.



Жутковатая, но занимательная смесь Рима и Средневековья.



И даже театр.



И ещё всякое.





Ну да пошли дальше, к туристическим местам. По дороге встретили семки. Что у нас – быдложаргон, то на Украине – бренд.



А потом мы, наконец, вышли в «настоящую» Феодосию – ту, где дворянство строило виллы, а цари приезжали посмотреть на море. То есть на пешеходный проспект Айвазовского. Если смотреть от моря, получится: линия берега, пляж, железная дорога, проспект Айвазовского, - и так через полгорода. Первое, что бросается в глаза, прекрасные (наверное, не слишком удобные) скамейки:



Феодосийская железная дорога выглядит вот так (справа за каменным заборчиком мы идём, это я просто на мостик забежал сфоткать):



Но вот вдалеке маячит что-то прекрасное.



Это дача купца феодосийской династии Стамболи, построенная в 1909-1914 годах (архитектор Вегенер). Стамболи был очень умным мужиком. В 1916 году он почувствовал назревающие волнения, продал свои табачные плантации, дачу и эмигрировал в Турцию. Дачу отдали под санаторий.





Нонче там догадайтесь с одного раза что.



Дача Стамболи находится на некотором отшибе. До следующего особняка – далеко. Зато тут находится мегакрутой отель и отдыхательный комплекс «Алые паруса».



Какое-то строение сталинского неоклассицизма.



Прежде чем идти дальше, мы решили забежать на пляж, благо, под путями был проход (вообще, мостов над путями почти нет, с проспекта на набережную перейти почти невозможно). Пляж грязный и скучный. Конечно, железка в пяти метрах.



Зато рыбные рестораны кормят свежачком.



И чудесные канализационные люки повсюду:



Понемногу мир вокруг окультуривается. Примерно вот так будет выглядеть набережная в течение пары километров; ни одного перехода через пути не будет.





Но зачем переходы, когда с другой стороны – виллы? Виллы прекрасны. Все разные, сложные, в разных стилях (тяготеющих к модерну). В советское время все они принадлежали санаторию, поэтому интерьеры не сохранились. Но хотя бы экстерьеры.

Дача «Милос» Ибрагима Самойловича Крыма:



Дача «Вилла» Абрама Аароновича Крыма (обратите внимание на жуткое состояние, всё облуплено):



Дача «Виктория» Абрама Аароновича Крыма:



К слову, род Крымов был еврейским, но не иудейским. Они были караимы, как и львиная доля евреев Крыма. Караимских кенасс в Крыму – множество, особенно хороши сохранившиеся кенассы Севастополя и Бахчисарая (мы там будем). Феодосийская кенасса советского времени не пережила.

Сегодня во всех этих виллах – детский санаторий.



Взрослых приглашают полечиться, как в театр. Добро пожаловать на амбулаторное лечение!



Собственно, виллы продолжаются вдоль всего берега, но они за семью заборами ныне.



Через железную дорогу видно море. Каждые несколько метров на набережной красуются вот такие штуки в стиле Хатыни:



Идём вдоль красивых, но потёртых зданий разных эпох – и классицизма, и ампира, и ваще.





И вот оно, самый вроде как знаменитый художественный музей Крыма, галерея Айвазовского.



Памятник великому маринисту (1930, скульптор Гинцбург):



Сама галерея – это полный пипец. Совок-совком, плохой свет, крашенный пол, разброд и шатание, и злющие тётки. И главное – снимать нельзя вообще. Это такой пережиток – запрет на съёмку, совершенно неправомерный. Ещё понятно, когда нельзя снимать со вспышкой (это может повредить картинам) или можно снимать за деньги (это гадко, но оправдано желанием заработать). А просто тупой запрет – это ужасно. Впрочем, изнутри всё примерно такое, так что снимать там и нечего:



Все шедевры Айвазовского – в Русском и Третьяковке. В Феодосии – множество его эскизов и малоизвестных однообразно-заказных работ. А это музейный дворик с видом на туалет, тут снимать можно:



Годы постройки зданий в Феодосии указаны занимательно и эффектно:



По соседству – музей древностей, но мы туда не пошли. Там тоже снимать нельзя. Разве что дворик (мы на раскопках Херсонеса гораздо больше увидим):



Пошли дальше. Справа за столбом – гостиница «Астория».





Тут некоторое время жил Деникин. Думали ли в советское время, что когда-либо имя Деникина появится на мемориальных табличках?..



А напротив «Астории» - вокзал. Симпатичный, небольшой.



И моё любимое – памятник Ленину. В каждом городе, где бываю, обязательно иду смотреть на памятник Ленину.



Хороший ракурс:



Ладно, пошли дальше. Плотность монументов и памятников чудовищная. А это не памятник. Это просто прикольная фигатень:



И это не памятник, это кинотеатр «Крым»:



И вдруг – ой! – что это такое в парке виднеется?



А это генуэзская башня Константина, точнее, то, что от неё осталось. Сама крепость находится чуть дальше, мы ещё к ней придём, а дозорные башни были вынесены достаточно далеко. Конечно, в XIV веке никакого парка и вообще города тут не было.




Памятник героическому кузнецу Ивану Андреевичу Назукину:



Назукин яростно боролся в 1910-е годы за советскую власть, пока в 1920 году его не расстреляли белогвардцейцы.

Напротив Назукина – фонтан Айвазовского.



История у фонтана – потрясающая. К середине 1880-х годов снабжение Феодосии пресной водой находилось в плачевном состоянии. То есть был страшный дефицит воды. Если вы читали мои отчёты о Франции, вы помните, что такая же проблема постоянно стояла перед французскими городами. Обычно проблема решалась рытьём каналов.
Но в России дело до рытья канала доходило медленно, и поспособствовать спасению родного города от жажды решил уже известный и весьма богатый художник Айвазовский. Он на собственные средства нанял рабочих, проведших к центру городу снабжение водой из принадлежащего Айвазовскому Субашского источника, и построил фонтан. Фонтан давал 50 000 вёдер воды в сутки (до его постройки город получал от силы 4000 вёдер), и вода для всех была бесплатной.
Благодарные жители решили назвать фонтан в честь императора Николая II. Чтобы польстить, потому что император и пальцем не шевельнул, чтобы помочь городу. Узнав об этом, Николай к своей чести устыдился. Он отдал приказ немедленно переименовать фонтан в честь его реального строителя – Айвазовского.



Новую мраморную плиту вставили в том же году – но не слишком аккуратно, буква «И» из слова «Император» всё-таки проглядывает.
Сегодня воды в фонтане нет. Потому что советская власть, а после – украинская власть в общем-то клали на свою историю, а вода пресная в городе и так есть. Но фонтан сохранился.

Вообще, дальше мы прямо по каким-то «айвазовским» местам пошли. Следующий же фонтан называется «Доброму гению» и является памятником супруге Айвазовского Анне Саркисовой.



У этого фонтана тоже интересная история. Данный фонтан – новострой 2004 года.



Но оригинал был построен в парке в 1890 году. Просто в 1930-е годы он начал власти раздражать, его разобрали, а скульптуру перенесли; во время войны её и вообще украли. Вот как он выглядел:



На его месте стоял памятник партизану Вите Коробкову. Памятник Вите есть и сейчас (мы его увидим), а фонтан восстановили в другом месте. На арке написаны фамилии выдающихся художников «киммерийской» школы.

Далее мы идём по улицам города. Цель наша – могила Айвазовского, но до неё ещё порядком. Кажется, это улица Вити Коробкова.





Кажется, осень. А на деле – начало мая.



Мемориальные доски – сплошь и рядом, все я не снимал.





Православных церквей в Феодосии немного, по крайней мере, классических русских по архитектуре.



Названия улиц дублируются чёрт-те как. Где-то старое и новое название, где-то просто табличку старую при замене не сняли.



Ну, наконец. По зелёной тропке мы приближаемся к небольшому комплексу каменных построек.



Это армянская церковь Сурб Саркис (Святого Сергия) XIV века. Сюда ходил Айвазовский.



В её стены вмонтированы таблички и элементы разных лет. Это плиты — хачкары (хачкар — «крест-камень») — гордость средневекового искусства Армении. Хачкары устанавливали по случаю строительства деревни или моста, в честь победы над врагом, для увековечивания имен павших воинов или погибших на чужбине. Хачкары часто служили своеобразными памятниками, устанавливавшимися в изножье у могильных плит.



Раньше двери церкви были деревянными, резными. Сейчас одна половинка дверей – в Феодосийском музее древностей, вторая – в Эрмитаже. Беседка-звонница (XV век):



И могила Айвазовского:



На древнеармянском языке написаны слова армянского историка Мовсеса Хоренаци: «Рожденный смертным, оставил по себе бессмертную память» (надгробие 1903 года):



В двух шагах от церкви ещё один памятник средневекового армянского зодчества – водяная цистерна. Естественно, загажена и закрыта. Раньше там был источник.



По дороге я забежал на близлежащую горку. Вид на город оказался довольно уныл.



Следующей нашей целью была неплохо сохранившаяся несмотря на полное отсутствие ухода средневековая генуэзская крепость. Мы к ней и пошли, по дороге осматриваясь. Во дворе неожиданно встретили мечеть:



Построена она была в 1623-1637 во время правления султана Мурад-Хана III. Сейчас довольно плохо ухожена, хотя отреставрирована в 1975 году и действует.



Далее по улице я встретил несколько обычных жилых домов советских времён, понравившихся мне своей архитектурой. Например, дом в стиле конструктивизма, занимающий (!) целый квартал, в виде огромного квадрата. Вот один угол (подъезда тоже четыре):





Напротив – тоже красивый дом на полквартала.



А вот и она, потрясающей красоты генуэзская крепость (1340-1343 гг, достраивалась позже). На переднем плане абориген выбрасывает мусор.



Вид направо:



Вид налево, часть башни служит частью гаража.



Стеночку подправить – тоже гаражик выйдет.



Ой, где это мы? Это мы внутри крепости. Стенки защищают огороды от ветров.



Чё добру-то пропадать? Вообще, отношение к крепости напомнило мне алуштинскую башню, на которой бельё сушится (а это единственное, что в Алуште сохранилось с XV века).



Снова выходим наружу.







Внутри одной из башен.





Надо сказать, что большую часть крепости разобрали ещё в XIX веке. Но что осталось – тоже не берегут. Изначально периметр наружной крепости составлял почти 5,5 км и включал в себя более 30 башен. Виденная нами ранее башня Константина как раз относилась к наружному периметру.

Ладно, пошли вниз, к подворью церкви Иверской иконы Божией Матери. Бросим прощальный взгляд на крепость.



Подворье включает в себя целый ряд достопримечательностей разного плана и времени создания. Во-первых, это сам Храм Ионна Предтечи, он же Иверской иконы Божией Матери. Год начала строительства – 1347. Хорошо видно, что строили армяне в стиле армянских церквей:



Расписывал этот храм не кто иной как Феофан Грек. Но внутрь мы не заходили, потому что просто заходить в такую маленькую церковь скучновато, а о Феофане Греке мы тогда не знали.

Каменный колодец (он кажется бетонным, но нет):



Там, наверху, армянский храм (его мы видели в самом начале отчёта на вводной фотографии):



Ещё один комплекс армянского храма XIV века (Св. Иоанна Богослова):



Все армянские церкви закрыты. Их, конечно, реставрировали понемногу, но не настолько, чтобы открыть.

Памятник Афанасию Никитину, который, говорят, навещал некогда Феодосию:



А потом мы пошли к Доковой башне. Она защищала восточную часть города и причал, служила морскими воротами города.





В советское время там был рыбный склад.



Уровень земли заметно поднялся:



Вид на город с воды от Доковой башни:



«А в море плавают медузы…»



«…Кораблик борется с волнами…»



Под водой – давно не используемые ржавые рельсы для ската лодок:



Всё, друзья мои. Пойдём-ка мы обратно к вокзалу, а то не успеем. По дороге ещё много всяких памятников и достопримечательностей. Например, очередной памятник героям ВОВ:



Люблю такие дома:



Памятник известному врачу-наркологу Александру Романовичу Довженко, работавшему тут. По сути, он – один из изобретателей кодирования и зашивания от пьянства:



С 22 июня по 15 июля 1905 года здесь в порту стоял сам мятежный броненосец «Потёмкин»:



Памятник героям-подводникам:


Аллея славы. Герои почему-то расположены на ней попарно, как Маркс и Энгельс. Интересное решение архитектора.





И самая мегаохренительная мемориальная табличка, которую я вообще видел в своей жизни, не только в Феодосии:



Въезд в порт:



А вот и такой долгожданный памятник Вите Коробкову. Собственно, мальчик-партизан, герой войны. Его и отца гестаповцы запытали до смерти весной 1944 года.



Очередное бетонное уродство, даже близко не стал подходить:



И наконец! Тудубудум! Пушкин! Это второй после Ленина персонаж, которого я всегда ищу во всех городах. Жалко, в Париже поленились к памятнику Пушкину съездить (он там у чёрта на рогах, а Ленина нет вовсе, ну да ещё съездим):



Мемориальная доска, очередная.



А тут работал Дмитрий Ильич Ульянов:



А тут просто красивое здание:



А тут город Феодосию наградили орденом Отечественной войны I степени:



Ну и последнее, что обязательно стоит заметить, так это то, что Феодосия – не только город Айвазовского. Это ещё и город великого и прекрасного Александра Грина. К сожалению, к его музею мы подошли уже довольно поздно, и он был закрыт. Он прекрасен, это дом. Вот к нему оформители, реставраторы и художники подошли с настоящей любовью, без всякого совка и формализма, и я ужасно жалею, что мы видели его так мельком, тем более, Грина я обожаю. Боковой фасад (картина – трёхмерная, выступает из стены):



Элементы декора:







Грин тут жил:



В принципе, мы были в Зурбагане. В настоящем, обычном Зурбагане – не в том, какой появлялся в романтических грёзах Грина, а в современном, каким он стал за годы запустения. Но всё-таки он остаётся Зурбаганом.

Продолжение следует, не переключайте канал.

Оглавление путешественных заметок с фотографиями и можно посмотреть в оглавлении моего Живого Журнала.
Tags: Города, Крым, Россия, Украина, Фотоотчёт
Subscribe

  • 23 ноября 2019: Каменск-Уральский

    Ну что ж, сегодня мы в Каменске-Уральском. Тут всё плохо. Стагнирующие предприятия, убывающее население, уничтожаемая история, тлен и тьма. А был же…

  • Ачинск: печаль, разруха, разрушение истории

    Продолжаем путешествие по российским просторам. Сегодня мы в Ачинске. И я позволю в качестве эпиграфа привести собственный пост в Facebook,…

  • Братск в октябре

    На днях я побывал в эпическом городе Братск неподалёку (по сибирским меркам) от Иркутска. Город совершенно молодой, развиваться начал специально для…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments

  • 23 ноября 2019: Каменск-Уральский

    Ну что ж, сегодня мы в Каменске-Уральском. Тут всё плохо. Стагнирующие предприятия, убывающее население, уничтожаемая история, тлен и тьма. А был же…

  • Ачинск: печаль, разруха, разрушение истории

    Продолжаем путешествие по российским просторам. Сегодня мы в Ачинске. И я позволю в качестве эпиграфа привести собственный пост в Facebook,…

  • Братск в октябре

    На днях я побывал в эпическом городе Братск неподалёку (по сибирским меркам) от Иркутска. Город совершенно молодой, развиваться начал специально для…