nostradamvs (nostradamvs) wrote,
nostradamvs
nostradamvs

Categories:

37. Болезнь Дамиана де Вёстера

В 1873 году известный норвежский врач-эпидемиолог Герхард Хансен заявил, что сумел идентифицировать возбудителя проказы – бактерию Mycobacterium leprae.



Уже к 1879 году его коллега Альберт Нейссер (известный открытием возбудителя гонореи) сумел окрасить эти бактерии и выделить их из организма больного. По сути, уже к началу XX века проказа была побеждена. Страшная болезнь, косившая миллионы в средневековье, постепенно уносила всё меньше жертва. За последнее десятилетие числе больных лепрой в мире снизилось с 12 миллионов примерно до 1,8. Очагами риска остаются Бразилия, Индия, Непал, Ангола – но это такие очаги, что даже смешно в какой-то мере, не сравнить с событиями 500-летней давности.
В Средние Века к прокажённым относились не очень хорошо. Их убивали, жгли на кострах, издевались, сгоняли в ямы, где замаривали голодом. Не буду вас пугать страшными картинками, а перейду к сути вопроса.
19 марта 1864 года на архипелаг Гонолулу прибыл новый, молодой, 24-летний священник Дамиан де Вёстер. Его назначили на католическую миссию в Северном Кохала на острова Гавайи и Оаху. И в отличие от большинства своих коллег, Дамиан де Вёстер избрал трудный, очень трудный путь. Вот классическое изображение отца Дамиана. Тут он уже давно болен.



Житие отца Дамиана

Он был бельгийцем, и при рождении (1840) его назвали Иосиф де Вёстер (Jozef De Veuster). Он родился в Брабанте, был седьмым ребёнком крупного зерноторговца, окончил школу в городке Брейн-ле-Комте (Braine-le-Comte), после чего совершенно сознательно избрал путь веры, вступив в католическую монашескую конгрегацию Святейших Сердец Иисуса и Марии в городе Лёвен. Иосиф принял имя брата Дамиана (Damianus). Его старший брат Август тоже, кстати, стал священником под именем отца Памфилия.
А вот Дамиан по служебной лестнице подняться никак не мог: не хватало образования. В отличие от брата, он не заканчивал семинарии, плоховато знал латынь и бы не слишком лёгок на язык. Единственным его шансом получить приход было поехать куда-либо на край земли миссонером. Когда забрезжила возможность отправиться священником на Гавайи, Дамиан схватился за неё руками и ногами.



21 мая 1864 года – уже на Гавайях – Дамиан был рукоположен в сан и отправлен в Северный приход Кохала.
Дела на Гавайях тогда шли просто отвратительно. Это сегодня мы мечтаем там отдохнуть, а в XIX веке худшего рассадника опасных болезней в мире практически не было. Ладно там сифилис, который страдал каждый второй, ладно там тиф и инфлюэнца, оспа и холера которые тоже косили народ направо и налево. Основным бичом Гавайских островов была проказа. Гоген, кстати, на своих Маркизах тоже от проказы скончался (а Сомерсет Моэм в «Луне и гроше» это довольно подробно описал). Косила болезнь Хансена, правда, в основном, европейцев и прочих пришлых, потому что 95% аборигенов имели против Mycobacterium leprae иммунитет. Но это мы сегодня знаем – а тогда проказы боялись как проказы (смешной оборот речи, да).



Монарх королевства Гавайи Камехамеха V (Kamehameha V, полное имя Lota Liholiho Kapuāiwa Kalanimakua Kalanikapuapaikalaninui Ali`iolani Kalani-a-Kekūanaō‘a) очень сильно хотел справиться с болезненным состоянием своего народа.



Он вообще был довольно деятельным монархом – в 1864 году сразу после прихода к власти ввёл новую Конституцию, а чуть позже полностью запретил ввоз и продажу алкогольной продукции на территории островов (вот молодец!). Ещё он построил огромный собор Св.Андрея, организовал на островах почту и нормальную армию.
Но вернёмся к больным. В 1865 году Камехамеха издал указ о борьбе с проказой. Была создана отдельная колония-лепрозорий Калаупапа (Kalaupapa) на острове Молокаи, и туда сгонялись все больные. От основного населения острова колония была отделены грядой высоких холмов, почти гор. Деревня прокажённых существовала с 1865 по 1969 год (больше 100 лет!) и за это время туда было отправлено порядка 8000 больных. Вот тут хорошо виден мыс (хотя и обозначен с опечаткой) и горные гряды:



Проблема заключалась в том, что больные не могли себя прокормить. Никто из здоровых не соглашался ехать в деревню работать, никакой медицинской помощи прокажённым не оказывалось, никаких социальных прав они не имели, а сбежавшие из колонии или водворялись обратно, или попадали под гневную руку судьи Линча. Кладбищ, церквей, администрации в колонии тоже не было. А большинство больных и ходили то едва-едва. Первое время королевская администрация снабжала больных едой, но в течением времени поставки прекратились. Когда приезжали новые прокаженные, старожилы спешили сообщить им главный принцип, на котором держалась колония: «Здесь нет никаких законов». А отец Дамиан был юным и неопытным. Вот его портрет 1868 года:



В одной статье я нашёл очень хорошее описание колонии на Молокаи. «…Низкий мыс, скалистый и голый, между грядой скал и морем, выбранный именно там, поскольку был недосягаем. Каждый месяц из Гонолулу, столицы архипелага, отправлялся пароход с прокаженными, которых забирали насильно. Родственники и друзья несчастных прокаженных не могли расстаться с отъезжающими. Без малейшего страха заразиться проказой они сжимали их в объятьях, покрывая множеством поцелуев. И всякий раз, когда кто-либо из ссыльных отходил от толпы, чтобы сесть на пароход, раздавались отчаянные крики, громкие вопли, такие стенания, которые только отчаявшиеся люди обращают к небу. В каждом округе полиция насильно забирала мужчин и женщин, подозреваемых в заболевании проказой, и отправляла их на сборный пункт столицы, где врач решал их судьбу. Если ставился диагноз «проказа», неминуемо открывались двери того, что называлось «адом живых» или «кладбищем живых». И к отъезду они должны были подготовиться, как к смерти: сделать завещание, позаботиться о детях. Всё это наталкивалось на сопротивление родственников. Больных прятали, для этого семьи переселялись даже в самые глухие деревни, прятались в потухших кратерах вулканов, даже оказывали вооруженное сопротивление полиции. Нередки были случаи, когда друзья и родственники притворялись больными, чтобы сопровождать своих близких. Власти были вынуждены разрешить некоторым родственникам уехать с больными, и многие шли на это, зная, что едут навсегда».
Лично я прекрасно понимаю Камехамеху. Он всё правильно сделал: в те времена о другом способе борьбы с проказой нечего было и помышлять. Кроме того, больным в какой-то мере повезло, потому что на острове держал свою миссию отец Дамиан.



Апостольским викарием островов был Луи Дэзирэ Мегрэ (Louis Désiré Maigret), человек строгих взглядов. Он считал, что прокажённые бога недостойны и в священнике не нуждаются. Но в определённый момент он всё-таки слегка изменил свои взгляды и оповестил местных священников о поиске добровольца для работы в колонии прокажённых. Нашлось четыре волонтёра, первым из которых был отец Дамиан. Ни о какой карьере речи уже не шло: он действительно хотел помочь людям.
10 мая 1873 году отец Дамиан прибыл в деревню, где на тот момент проживало 816 больных. Миссионер прибыл с молитвенником и маленьким распятием. Первые недели он жил под открытым небом, спал под деревом, а ел на плоской скале. А затем взялся за дело. Вот фотопортрет отца Дамиана, сделанный в районе 1873 года:



Обратите внимание, что портрет, который приводится в учебниках, выглядит вот так:



То есть фотографию подретушировали, а отца облачили в торжественные одежды, которых он никогда не носил, кроме как в день рукоположения в сан.
Иногда буду вставлять в повествование цитаты из книги Антонио Сикари «Портреты святых». Вот, к примеру, о приезде Дамиана: «…Самым ужасным для него было стойкое зловоние, и когда больные близко подходили к нему, тошнота и какоето жжение подступали к горлу. Чтобы справиться с собой, он начал курить трубку, и это вошло у него в привычку. Через несколько недель после приезда он писал своим собратьям: «Все мое отвращение к прокаженным исчезло». Эти слова были не совсем искренними, но он решил не допускать отвращения, не признаваться в нем даже самому себе…»
Каждый прокаженный бережно хранил при себе два предмета: зеркало, с помощью которого он изо дня в день с «упорной одержимостью» следил за развитием болезни на собственном лице, а также деревянный нож, которым он выравнивал концы пальцев по мере того, как они теряли чувствительность.
Конечно, первым делом он организовал возведение деревянной церкви (приход Св.Филомены), затем организовал нормальное кладбище вместо общей ямы, куда сбрасывали мертвецов. Потом устроил школу, где преподавал сам – и привлёк к преподаванию наиболее образованных больных. Потом он наладил работу нескольких сельскохозяйственных ферм, обустроил склады и местный магазин, создал целый ряд братств и общественных организаций, а также больницу. Он организовал поставку в селение лекарств и одежды, а также всего необходимого для цивилизованной жизни. Он работал в качестве проектировщика, архитектора, землекопа, каменщика, плотника, а также любого другого мастера, в котором была необходимость. Теперь церковь Св.Филомены есть церковь Св.Дамиана, и она каменная:



За столом он ел «пой» (мучную похлебку с мясом), макая руку в общую с прокаженными миску; пил из чашек, которые они давали ему; одалживал свою трубку, когда у него просили; играл с детьми, которые, как грозди, висли на нём.
Теперь новые поступающие в колонию больные попадали не в чудовищные условия, где умирали с голоду в течение нескольких недель, а в нормальную деревню с чёткой инфраструктурой, с элементами цивилизации, с организованной связью, школами, медицинскими учреждениями, дорогами и даже маленьким портом. Дамиан сумел организовать даже постройку водопровода, которого на Гавайях не знали никогда. Вот он среди своих прихожан:



Отец Дамиан обнаружил у себя проказу в декабре 1884 года, когда принимал ванну. Он опустил ногу в слишком горячую воду – и ничего не почувствовал. Он понял, что у него остаётся не так много времени – и взялся за дело ещё более остервенело.
К этому моменту жалкие хижины постепенно были заменены на крепкие деревянным и каменные дома, колония жила чуть ли не богаче, чем остальная часть страны, а отец Дамиан был известен на весь мир. Камехамеха умер ещё до появления Дамиана в приходе, после него успел поправить король Луналило, а у власти находился король Калакауа, весёлый, толстый и несколько беспечный.



А к Дамиану приезжали гости. В частности, в 1885 году прибыл известный японский врач, специалист по заразным болезням и лепре в частности, Масанао Гото. Гото был так впечатлён самоотверженностью священника, что остался на Молокаи врачом до конца своих дней. Он стал одним из лучших друзей Дамиана и внёс огромный вклад в разработку различных способов терапии для страдающих проказой. Гото:



Надо сказать, что огромное количество людей Дамиана терпеть не могло. В 1881 году ему в помощь, наконец, после многочисленных просьб, прислали ещё одного священника. Тот, в основном, отметился строчением доносов, в которых утверждал, что Дамиан возгордился, считает себя чуть ли не Богом и опасен для Рима. Какую опасность мог провинциальный прокажённый представлять для Рима, сложно себе представить.



В последние годы жизни отец Дамиан был особенно активен. Он точно электрическая розетка подпитывал собой существование колонии. В 1886 году несколько волонтёров прибыли для помощи слабеющему Дамиану. Медицинскую деятельность у Дамиана «приняла» в свои руки сестра Марианна Коуп (Marianne Cope), прибывшая в колонию с несколькими сёстрами в ноябре 1883 года. Другими волонтёрами стали бывший американский военный Джозеф Даттон, сестра Даттон из Чикаго и бельгийский связенник Луис Конрарди, принявший у Дамиана религиозные обязанности.
Смерть приближалась. Отец Дамиан всё больше слабел. К началу 1889 года он понимал, что ему остаётся максимум несколько месяцев. Вот его последнее фото, облетевшее весь мир:



23 марта 1889 года он не смог подняться с постели: и больше уже не вставал до самой смерти. 30 марта он официально передал свои обязанности другим людям, 2 апреля его соборовали, а 15 апреля 1889 года отец Дамиан скончался от болезни Хансена. Его похоронили под тем же самым деревом панданом, под которым он провёл (по легенде) первую ночь после прибытия в колонию.





В 1889 году ему поставили памятник в Гонолулу, а в 1936 по указанию бельгийского правительства тело отца Дамиана было эксгумировано, погружено на корабль «Меркатор» и перевезено на родину священника в Лёвен – город, ближайший к той деревне, где некогда родился Иосиф де Вёстер.
Но на этом приключения останков священника не закончились. В 1995 (4 июня) отец Дамиан был беатифицирован, и фрагменты его правой руки были перевезены в качестве мощей обратно на Гавайи, где снова были захоронены в его первоначальной могиле на Молокаи.



11 октября 2009 года отец Дамиан был канонизирован католической церковью. Святой Дамиан считается покровителем прокажённых, больных ВИЧ или СПИД, а также всего штата Гавайи.



Кстати, в 1959 году, когда Гавайи стали штатом США, они получили право на установку в Капитолии статуй двух самых выдающихся людей в своей истории (как и все остальные штаты, собственно). Гавайцы выбрали великого короля Камехамеха и отца Дамиана де Вёртера.



Первый короткометражный фильм о Дамиане был снят в США в 1938 году: The Great Heart. В 1959 году появился первый полнометражный художественный фильм об отце Дамиане. Он так и назывался – Molokai, la isla maldita (Испания). В 1980 году появился телефильм Father Damien: The Leper Priest (США). В 1999 был снят ещё один фильм - Molokai: The Story of Father Damien (Бельгия-Голландия-Австралия).



Отец Дамиан официально признан величайшим уроженцем Бельгии за все времена.
Вот такая слава. А он просто спасал людей.



Полный список историй можно посмотреть в оглавлении моего Живого Журнала.

Tags: Занимательные вещицы, Удивительные истории о людях
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments