November 30th, 2009

Парфюмер за работой

Корабельные крысы Саймона

Как ни странно, к этой истории совершенно не подходит тэг «Удивительные истории о людях». Нет, что вы, история вполне удивительная. Только её главный герой – не человек, а кот. Почему бы не написать о коте, подумал я. И написал.
Собственно, в 1943 году Мария Дикин (Maria Dickin), основательница благотворительной организации помощи животным (People's Dispensary for Sick Animals, PDSA) проявила очередную странную инициативу. Впрочем, ей было к тому времени 73 года, можно простить. Она потребовала учредить воинскую награду для животных. И награда была учреждена – бронзовая медаль Марии Дикин изображает лавровый венок с надписями «For Gallantry» («За мужество») и «We Also Serve» («Мы тоже служим»). Медаль эту на сегодняшний день получили 62 животных (с 1943 по 1949 год награждались герои, помогавшие людям на войне, всего 54; с 2000 медаль возродили и ещё 8 животных получили её за различный героизм).
Статистика военной медали Дикин оригинальна:
- 32 голубя;
- 18 собак;
- 3 лошади;
- 1 кот.
Вот об этом коте я и хочу вам рассказать.



Collapse )

Список предыдущих серий:

Неудачное плавание Ричарда Паркера, Родственные связи Святой Димпны, Дух экстаза Элеонор Торнтон, Последний полёт Роджера Петерсона, Бумажные журавлики Сасаки Садако, Продукты жизнедеятельности Пьеро Мандзони, Крепость Капитана Джека, Дочери Маргарет Гарнер, Пулемёт Антонины Макаровой, Alter ego Джеймса Типтри-младшего, Соавтор Роберта Штильмарка, Патологии Джозефа Меррика, Боевая подруга Марии Октябрьской, Набат Александра Соболева, Пять дней Иоанна I, Удивительный дар Зеры Колберна, Аэроплан Энтони Ролта, Мрачное воскресенье Режё Шереша, Непростое детство Уильяма Стоунхэма, Жизнь и смерть Роальда Мандельштама, Трон Дьёрдя Дожи, Две гонки Пьера Левега, Любовь Карла Танцлера

Парфюмер выливает духи

Милорад Павич

Умер Павич.

Вообще, это странно: я только полтора года назад прочёл его книгу, первую для себя. "Хазарский словарь". А потом последовательно прочитал всего Павича, потому что раз погрузившись, уже невозможно выплыть из этой реки. Он говорил о себе так же красиво, как писал. Вот случайные фразы из его автобиографии:

В своих книгах я встречал любовь чаще, чем в жизни. Не считая одного исключения, которое длится до сих пор. Когда я спал, ночь сладко прижималась к обеим моим щекам. Я был самым нечитаемым писателем своей страны до 1984 года, когда вдруг за один день превратился в самого читаемого. Я написал первый роман в виде словаря, второй в виде кроссворда, третий в виде клепсидры и четвертый как пособие по гаданию на картах таро. Я старался как можно меньше мешать моим романам. Я думаю, что роман, как и рак, живет за счет своих метастазов и питается ими.

Он писал так же красиво, как говорил о себе. Вот случайные фразы из его прозы:

Атех была прекрасна и набожна, и буквы были ей к лицу, а на столе ее всегда стояла соль семи сортов, и она, прежде чем взять кусок рыбы, обмакивала пальцы каждый раз в другую соль.
Звали ее Калина, ее тень пахла корицей, и Петкутин узнал, что полюбит она того, кто в марте ел кизил. Он дождался марта, наелся кизила и позвал Калину погулять по берегу Дуная.
По другим слухам, он не умирал, а дал однажды собаке лизнуть немного своей крови, вошел в могилу какого-то турка, схватил его за уши, содрал с него кожу и натянул ее на себя. Поэтому из его прекрасных турецких глаз выглядывали козьи глаза.


Помимо "Хазарского словаря", я очень люблю три его маленьких рассказа. Я не говорю о крупных вещах, я говорю именно о рассказах, которые могут и не вспомнить. Это "Пароль", "Аэродром в Конавле" и "Долгое ночное плавание". Он повлиял на меня. По его произведениями я написал несколько стихотворений: "Нагайка, кольцо и тамбура", "Алеф" и песен: "Казнь", "Константинополь", не считая двух десятков, написанных просто под его влиянием. И даже рассказ.

Мне представляется, что на последнем суде из толпы встанет мадемуазель Атех и скажет: "Я - хазарка". Она будет свидетелем защиты, и Павич попадёт туда, куда не может не попасть. В свой Константинополь.