August 12th, 2007

Парфюмер выливает духи

БОЛЬШАЯ И КРУГЛАЯ ЛУНА.

Гродно, фестиваль "Зелёный Гран-При-2005, вечер, скучновато как-то. У костра я, Дима Дембель, легенда полоцкой рыцарской тусовки, Куликовский из Минска и шесть гродненских девушек. А у Димы всегда есть трава. Разная! На выбор! Корабли, просто торговый флот травяной. И он, естественно, начинает бурно рекламировать свою траву, мол, вот такая офигенная трава, что ого-го! И ищет партнёра покурить. Но никто не хочет. Наконец, девушка Римма говорит, ладно, типа, давай, заценю. И уходят.
Возвращаются через несколько минут, Римма вся из себя пофигистка, мол не вставляет ни разу, а Дима довольный и подмигивает. Ну и в самом деле вроде как трава не пошла, Римма нормально, костёр, базары, песни, ничего особенного. А Дима всё ждёт чего-то.
И вдруг наступает затишье, все чего-то молчат, и тут в тишине раздаётся голос: “Смотрите, какая большая и круглая Луна!!! Какая красивая!!! Огромная!!! Ого-го!!!” и так далее в таком же духе минуты на три монолог. Дима доподмигивался. Трава сработала. Римма эту байку отрицает, но мы же с Димой своими ушами одно и то же слышали!

Рим, прости, я знаю, что ты всё отрицаешь!
Женщина в розах

ПИТЕРУ

Никогда не вывешивал в ЖЖ старых вещей, давно ставших историей. Вот, ностальгическое, 2004-го года.

Я вернуться хочу, как покойный поэт, в этот город,
Полный каменных тайн и пропахший историей так,
Что никто не посмеет сказать: триста лет – слишком молод,
Чтобы ровно сыграть многонотный причудливый такт.

Я родился не здесь. Ну и Бог с ним – не всем же рождаться
Между тёмных подёрнутых сном Грибоедовских рек
В этом бьющем ключом удивительном сердце на пальцах
Необъятной страны. Неужели воздвиг человек

Золотистые шпили и стены чахоточных тюрем,
Многоглавье дворцов и железные краны портов,
Подчинённые собственной дикой, нелепой структуре
И покрытые облачным серо-дождливым пальто…

К желтокаменным сфинксам ведут Ариаднины нити,
Все дороги из Рима и пыль от брабантских манжет:
Петербург на ладони построил великий строитель,
Петербург на прощанье воспел запрещённый поэт.

Обещаю: вернусь. Не сегодня. Не завтра. Нескоро.
Но бросаю частичку души, как монету, в фонтан,
Потому что люблю, безудержно люблю этот город
И хочу там уйти. Потому что родился не там.