July 22nd, 2007

Парфюмер за работой

ВОЛЧИЦА

Ты можешь стать волчицей, конечно, милая,
Ты можешь жрать сырое мясо и жилы,
Но если есть волчонок – смотри, корми его
Лишь нежным, пережёванным, пережитым.

Стекает кровь по клинку, пули в плоть вгрызаются,
И чья-то печёнка в пасти твоей зажата,
Но даже в этот момент я наполнен завистью,
Посколько где-то остались твои волчата.

Волчата, которые могут случайно вырасти,
Матёрыми стать, безликими, словно тени,
Такие вот непризнанные антихристы,
Живущие под прицелом и на пределе.

Ты будешь им слепой, беспощадной памятью,
Причиной и оправданием для вендетты,
Повыть востоку, естественно, да облаять юг –
И рваться к оборуженным и одетым.

Ты можешь стать святыней для римских отпрысков,
Но холод леса приятней подушек спальных,
И дети твои в хронических своих поисках
Сбегутся в семьи, а семьи сбегутся в стаи.

Бывает ли волку просто? Бывает сладко ли?
Не думай над этим, бросайся на эти рожи –
Ты хочешь ведь, чтобы над ними жёны заплакали,
Как дети твои о тебе заревут, возможно.

...А нужно ли это тебе? Ну подумай, нужно ли?
Волчице ни свет ни заря на охоту снова.
Обрушится дождь. Под поломанной лапой лужи и
Холодная ночь. Даст Бог – сменится новым словом.